Амира Бурханова: «Я не буду заставлять дочь носить платок»

Амира Бурханова

Амира пришла к исламу почти сразу, как окончила школу. Это было её личное решение, во многом определившее судьбу. Сейчас она любящая жена, заботливая мама двоих детей и просто прекрасная женщина с неповторимым чувством юмора. Каждая наша встреча с Амирой — это безостановочный смех и разговоры обо всём на свете. А первое, что она мне сказала, когда мы встретились: «Нифига ты высокая!». И перед тем, как я приглашу вас открыть материал, где вы увидите красивые фотографии Амиры моего авторство и наше искреннее и захватывающее интервью (немного в стиле Esquire) об исламе — я скажу следующее. Моё отношение к религии —положительное. Особенно, когда человек приходит к ней сам, в сознательном возрасте. Потому что это так глубоко и так прекрасно — прийти к Богу: именно в том обличие, в котором он тебе ближе всего. Найти ответы на вопросы. Заполнить свои внутренние пробелы. Самое главное — без фанатизма. А сейчас — прошу — внутрь материала.

Я пришла к исламу в 18 лет. Пост в месяц Рамадан я держала ещё со школы. Тогда я много общалась со своим отцом, он у меня родом из Марокко. В нём традиции сильнее, чем, например, в российских мусульманах. Тогда я и начала тянуться к исламу.

Однажды мне захотелось выучить арабский. Скорее всего потому, что мой папа араб. Я записалась на курсы, пришла и оказалось, что они — религиозные. И мне стало так интересно! Да, я до этого держала пост, но это было просто голодание, в которое я мало что вкладывала. Вся эта история меня очень быстро захватила, я стала читать намаз, надела платок. Всё это было моим личным решением.

Мама была не в восторге от того, что я начала носить хиджаб. Но я тогда уже была взрослой девочкой. Потом со времен все всё приняли и успокоились. Моя мама, кстати, татарка. Многие татары исповедуют ислам, но это не про неё. 

У меня был самая обычная советская семья: Новый Год, 8 марта, 23 февраля. Я обычно одевалась, увлекалась тем же, чем и все, в общем, была среднестатистическим подростком.

 Мои родители познакомились в университете. Папа, кстати, до сих пор живёт в России, не уехал обратно на родину, несмотря на то, что они с мамой развелись.

Амира Бурханова

Мой папа ­— скорее традиционный мусульманин. Он родился и вырос в стране, где ислам — это часть традиций, поэтому он впитывал культуру с детства. Такое никуда не уходит.

Я встретила мужа на тех самых курсах. И хоть они у нас были раздельные: отдельно мужчины, отдельно женщины, мы всё равно пересекались на общих праздниках и мероприятиях. Так мы и познакомились. Он татарин из традиционной мусульманской семьи. К исламу пришёл так же, как и я. Встретились два одиночества (смеётся.)!

Мы сначала обвенчались на мусульманский лад. Читали никах. Через несколько месяцев расписались в ЗАГСе.

Моя девичья фамилия — Муссауи. Иногда я по ней скучаю.

Первое время мне не хватало колбасы и сосисок! Когда я только приняла ислам, то думала, что халяль — это любое мясо, кроме свинины. Но оказалось, нельзя есть мясо любого животного, убитого не по религиозным канонам. Было сложно, но я справилась (смеётся.)! А так — моя жизнь осталось такой же: никто от меня не открестился.

Ушедшие от ислама, разочаровывались не в религии, а в людях. Когда ты только приходишь в общину, то думаешь: «Какие все классные, набожные, супермэны и супервумэны!». Но со временем понимаешь, что это такие же люди, как и все остальные. Каждый приходит в ислам по своим причинам: кто-то хочет действительно стать лучше, а кто-то прикрывается идеалами, бьёт себя в грудь «я мусульманин», а на деле тот ещё жук (смеётся.). Поэтому важно понимать, что ислам — это ислам, а люди — это люди.

Амира Бурханова

В исламе есть такое понятие, как «махрам». Это те мужчины, за которых я не могу выйти замуж: отец, брат, дед и так далее. С ними я могу общаться и находиться наедине. Остальные — до свидания. Даже двоюродные братья. Да, у меня есть так называемые кузены. Мы общаемся с детства и встречаемся до сих пор на семейных посиделках, но уже в границах разрешённого и разумного.

По работе, конечно, приходится общаться с людьми другого пола. Я работаю на дому. Мой руководитель — мужчина. Но у нас общение ограничивается «Ас-саляму алейкум! Ты это сделала? Надо сделать ещё то и то! Всё, пока». То есть никаких хи-хи, ха-ха. Чёткие рамки. Так же и у мужа на его работе — всё строго по делу, максимально ограниченное общение. В таком ограничении есть своя мудрость. Мы все живые люди. Кокетство и бравада иногда вылезают из молодых людей автоматически. А так, зная рамки, человек не распаляется зря и сохраняет свою внутреннюю энергию на что-то более полезное!

Муж не против, чтобы я вышла на работу, как и не против, чтобы я оставалась дома с детьми. Он хоть и консервативен, как и я, но при этом мы оба — два адекватных человека, с которыми можно договориться. Нет никаких ультиматумов и ударов кулаком по столу. Просто маленькие дети — это одна большая непредсказуемость, поэтому я пока ничего лучше, чем удалёнка, для себя не вижу.

У нас обычная семья. Муж ходит на работу, я убираюсь дома, стараюсь готовить максимально съедобную еду (смеётся.), воспитываем двоих детей. Ничего из ряда вон!

Я не буду заставлять свою дочь носить платок. Если она захочет надеть — я буду рада. Если нет — то давить не буду. К этому надо прийти. О том, если вдруг дети не захотят исповедовать ислам, — я стараюсь даже не думать. На данный момент мы с мужем пытаемся в мягкой форме донести до них какие-то основные идеи ислама: через детские книжки или просто ненавязчивые разговоры. Не так, что «это грех, это харам, это тоже харам» — нет. Просто объясняем им, почему мы любим Аллаха, почему поклоняемся ему, почему мальчики должны быть такими, девочки — такими. А вообще, я сторонник того, чтобы проблемы решать по мере их поступления. Пока дети маленькие — перед нами стоят совершенно другие задачи. Когда они вырастут и скажут мне: «Мама, отвали!» — тогда и будем думать, где накосячили, и что делать дальше (смеётся.)!

Амира Бурханова

Бывает, что девочки-мусульманки выходят замуж и во второй, и в третий раз. Берут их в жёны даже с детьми. Ну а что делать, если брак не сложился? Крест что ли на себе ставить? Но, конечно, вне брака связей никаких быть не должно.

Был один случай, когда меня ударили по лицу. Всё было довольно прозаично: мы с женщиной не поделили лифт. Она на меня начала кричать, чтобы я уезжала в свой Крым (смеётся.)! Почему Крым — я до сих пор без понятия. После ещё парочки оскорблений, я решила ответить — и тут же получила кулаком в лицо (смеётся.)! Не знаю, насколько эта история связана с моим мусульманством, но это было очень эпично. А если серьезно, окружающие меня люди в большинстве своем довольно милы.

Мне не нравятся твердолобые, упёртые мусульмане. Которые что-то одно прочитали — и всем это стараются навязать. На самом деле — ислам — это религия жизни. Она очень гибкая.

Амира Бурханова

Основная задача платка — дать женщине чувство защищённости. Конечно, можно в российских реалиях одеть черный балахон, чёрный платок, но ты только привлечёшь к себе лишнее внимание. На мой взгляд, это эпатаж. Потому что на самом деле — это всё вопрос интеграции — нужно одеваться так, как принято в том обществе, где ты живёшь. И если добавить к этому платок — то это не будет бросаться в глаза.

Мужчины и женщины должны молиться раздельно. Потому что люди приходят в мечеть поговорить с Богом. А какой разговор может быть, если тебя окружает противоположный пол?

Про ИГИЛ даже говорить не хочу. Это не имеет никакого отношения к исламу.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *