Смысл жизни

Смысл жизни

Идея для этого рассказа пришла так же неожиданно, как и любая другая идея, которая становится первым толчком к тому, чтобы скорее побежать и начать что-то делать. Устав после тяжелого рабочего дня, я решила немного прогуляться под любимую музыку. И, будучи вечным мыслителем (что является моим и счастье, и горем одновременно), я начала сначала рассуждать о том, над чем работаю в данный момент, потом над бессмысленностью бытия, а потом над тем, что, наверное, смысл в этом бытие всё-таки есть. И как-то мысль меня вела-вела по закоулкам сознания, и я пришла к тому, к чему пришла и о чём написала свой рассказ. Не знаю, даст ли вам написанное ответ на вопрос о том, в чём же смысл жизни, но, быть может, поможет вам задуматься над вещами более важными, чем этот пресловутый смысл. Лично я уверена, что он есть, но никто его никогда не узнает. Мы никогда не узнаем какую роль сыграем и в чьей судьбе, кто и какую сыграет в нашей, так же, как и не узнаем, что станет ключевым событием в жизни каждого из нас. Но одно я знаю наверняка, что важно просто слушать своё сердце и идти за своей мечтой, как бы это порой не казалось страшным и абсурдным. Это именно то, что вам нужно. Я это точно знаю.

1

Он сидел на полу и играл с самолётиком. Совсем ещё ребёнок. Всего два года. Всё, чего ему хочется, — любви, защиты и внимания. Ему нравится, когда мама с ним играет. Мама такая большая и такая его. Мама — это и есть он сам. Как именно — он этого не понимает, но сомнений нет, мама и он — это одно и то же. Правда, и есть то, что ему совсем не нравится. Мама что-то от него хочет, то, что ему совсем не надо. Это злит и обижает. Но вида он не подаёт. Не хочет её расстроить.

— Малыш, я знаю, что ты сможешь. — Мама села рядом с ним на пол. — Покажи тёте, как ты умеешь.

Он помотал головой. Тётя, сидевшая рядом, его пугала.

— Родной, ну давай! Ты же такой умница. — Мама погладила его по голове. — Сейчас, он перестанет стесняться, и всё скажет.

— Ничего страшного, можно и в другой раз. —  Сказала женщина, сидящая рядом.

Он увидел злой и одновременно грустный взгляд мамы. Он испугался и решил, что нужно перебороть страх и сделать то, что ей хочется.

— Один, два, три, четыре, — медленно и неспешно говорил он. — Пять, шесть, семь, восемь…

— А дальше какая идёт цифра? — Мама смотрела на него горящими глазами, как будто тёти рядом и не было. Ему это придало сил.

— Девять, десять.

— Умничка моя! — Мама его поцеловала в макушку. — А наоборот. Покажи тёте, как ты можешь!

— Десять, девять, восемь, семь, — считая в обратном порядке он делал бо́льшие паузы, но на этот раз мама ничего не сказала, а лишь смотрела на него, затаив дыхание. — Шесть, пять, четыре, три, два, один.

— Радость моя! Какой ты у меня молодец! — Мама крепко прижала его к себе. — Видишь, тёте тоже очень понравилось, как ты умеешь считать. Правда, ведь?

— Конечно. Золотой ребёнок!

— Ладно, родной мой, посиди, поиграй, а мы с тётей пока немного поговорим.

Мама была рада, а значит, и он тоже был рад. Хоть он совсем не любит говорить все эти слова, но мама хочет, значит, он будет. Он совсем не знал, откуда он так умеет. Просто само получается. Все эти мысли быстро ушли из его головы, когда он вновь погрузился в игру с самолётом.

— Ты слышала? — Сказала его мама. Её восторженный голос раздался эхом по всему подъезду. — Я его этому не учила! Я вообще его цифрам толком не учила!

— Да! Действительно поразительно. — Женщина затянулась сигаретой. —

А папа или бабушка не могли его научить?

— Точно не могли. Я каждого пытала по несколько раз! Да и в садик он не ходит.

— И что ты думаешь делать?

— Не знаю. А что можно делать с ребёнком двух лет? Был бы старше, в математическую школу определила, а так даже и не знаю.

— Найми педагога хорошего, который с одарёнными детьми занимается. Такие же точно есть!

— Надо подумать, да и с деньгами сейчас дела не очень обстоят. Но ладно: что-нибудь придумаем. Поговорю с мужем.

— Конечно! Может, он у вас вообще, как это там, вундеркинд.

— Может-может. Ладно, я побегу. А то мне свекровь надо домой отпустить, пошла я!

Женщины попрощались. Мать мальчика поднялась вверх по лестнице, пока её собеседница докуривала сигарету.

2

Он не хотел вставать с кровати. Желание наслаждаться моментом было сильнее, чем желание помыться.

— Сколько можно встречаться украдкой в общаге? — Сказала она, повернувшись к нему на тесной одноместной кровати, прикрыв голую грудь одеялом.

— А что ты хочешь? — Его раздражал этот постоянный вопрос.

— Хочу нормальную свою  квартиру… — Ответила она тоном, раздражающим его ещё больше, чем её вопросы. — А то секс по расписанию, пока твоих соседей нет, мне уже порядком поднадоел.

«А мне поднадоела ты» — подумал он, но ничего ей не ответил. Своей болтовней она отбила всё желание лежать с ней рядом. Он встал с кровати и пошёл в ванную комнату, которая находилась в блоке. Он знал, что никого из соседей нет, поэтому не стал ничем прикрываться.

Вернувшись из душа, он обнаружил её в его футболке и читающей что-то в его тетрадках на столе. Ну, нет, она точно делала всё, чтобы вывести его из себя: напялила его одежду и лезет в его дела. Но он себя сдержал.

— Что нашла интересного?

— Даже если что-то нашла, то всё равно ничего не пойму. Как ты такой умный получился?

— Не знаю.

— Нет, серьёзно. Почему ты решил учиться здесь? И стать инженером космолётов или как там?

— Космолётов-космолётов, — он выдернул из её рук тетрадку и положил на стол. — Жизнь так сложилась.

—  Что с тобой?

— Что со мной?

— Мне уйти?

— Останься. Не уходи. — Он натянул улыбку, взял её за руку и, притянув к себе, посадил на колено. — Мама всегда думала, что я одарённый ребёнок. Я уже в два года считал до десяти и обратно, в три немного знал таблицу умножения, в пять меня отдали в школу. Мать всегда говорила, что никто меня этому не учил, что я сам откуда-то это всё брал, но я в это с трудом верю.

— Почему не веришь? Смысл маме тебя обманывать?

— В этой жизни ничего не бывает само.

— Не знаю, а я верю в Бога.

— Ой, всё, заканчивай! Бога нет. Есть наука, есть люди. Всё.

— Ну и дурак. — Она встала с его колен и направилась к стулу, где лежала её одежда. —  С тобой невозможно разговаривать!

Он ничего ей не ответил, просто смотрел, как она одевается, что-то выкрикивая ему, очевидно, что очередные претензии. Он знал, что она перестанет злиться, простит и опять к нему прибежит говорить о любви и о том, когда же он купит им квартиру. Но он знал, что у них нет будущего, и быть не может, он не видел никакого смысла.

— Как думаешь, в чём смысл жизни?

Она замерла.

— Ты здоров?

— Нет, серьёзно, как ты думаешь? — И хоть он был уверен, что она глупа, как пробка, ему было интересно, что она ответит и ответит ли.

— Слушай, ты меня достал уже. Разберись в себе. — Сказала она, застёгивая пуговицы на рубашке. — Ты просто невозможный человек! Ненавижу тебя!

Она схватила с пола сумку и быстрым шагом пошла в коридор. Он слышал, как она надевала ботинки, затем куртку, а потом и вовсе ушла, захлопнув дверь.

3

— Ты будешь завтракать? —  Спросила жена из кухни, пока он застёгивал пуговицу на рукаве рубашки.

— Думаю, да! — Ответил он. — Только немного.

Он очень нервничал. Время было 5.30 утра. Сегодня был ответственный день. Он практически не спал всю ночь.

— Ну как ты? — Полушёпотом спросила жена, сев рядом за столом.

— А ты как думаешь? — Улыбаясь, переспросил он.

— Ох… — Жена глубоко вздохнула, прижала ладонь к лицу и еле сдержала слёзы.

— Не надо, родная! — Он положила свою ладонь поверх её. — Не мне же туда лететь.

Она ничего не ответила, только смотрела на него большими полными надежды глазами.

Он допил крепкий чай, больше ничего не лезло, встал из-за стола, поправил рубашку и пошёл одеваться в коридор. На улице была весна, поэтому он лишь надел туфли и накинул сверху лёгкое пальто.

— Поцелуешь детей от меня, когда они проснутся?

— Конечно. Я буду молиться Богу за вас!

Он ничего ей не ответил, просто улыбнулся и с умилением взглянул на неё, такую по-детски наивную и искреннюю. Они обнялись на прощание, он вышел из квартиры и спустился вниз, где его уже ждал автомобиль.

Водитель управлял автомобилем молча. Ему, в принципе, не положено было разговаривать, но в эти секунды никто и не хотел говорить. Все знали, какой сегодня ответственный день. И слов не было ни у кого.

Они подъехали. Он вышел из машины, прошёл пункт досмотра и зашёл в здание. В Центре Управления Полётами все уже были на своих местах. Все готовились к самому главному моменту. Он сел за своё рабочее место, хотя сидеть совсем не хотелось из-за нервов, но он взял себя в руки и принялся за работу.

Спустя несколько часов переговоров, сверки данных — всё было готово. Он сидел в наушниках, с микрофоном и перед пультом управления. Он знал, что именно он будет делать обратный отсчёт. Капли пота стекали по его вискам. Пора.

— Начинаю обратный отсчёт! Десять. Девять. Восемь. — С каждой цифрой его сердце будто замирало, а со следующей — начинало вновь идти. — Семь. Шесть. Пять. Четыре. Три. Два. Один. Поехали.

Спасибо за иллюстрацию к рассказу моей подруге и художнице Арменуи Еганян.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *