Другие люди

Другие люди

Когда моё обучение закончилось, то меня отправили в циркум. Циркум — это место, где я сейчас живу, и каждый день что-то показываю. На это приходят смотреть другие люди и их отпрыски. Они смеются, тыкают в нас пальцем, иногда что-то кидают в нас. Но не бьют. Им нельзя, а тем, кто за нами следит, — можно. Меня редко бьют, потому что я делаю всё правильно. Иногда другие люди, которые приходят на нас посмотреть, после наших выступлений заходят в места, где мы живём, чтобы потрогать нас и пообщаться.
Моё выступление, как правило, состоит из того, что я пытаюсь танцевать. Выходит это не очень, поэтому все смеются. Затем я решаю уравнения на большой доске. Зрители ахают и аплодируют. На самом деле, уравнения простые, я бы смог решить и более сложные, но другие люди почему-то считаю нас очень глупыми и ничего не понимающими. Это странно, ведь они же сами нас всему учат… После уравнения я катаюсь на странном приспособлении по сцене и ухожу. Затем выходят ещё старые люди и делают нечто подобное. Не знаю, что в этом интересного, но других людей это очень забавляет. Когда выступления заканчиваются, мы едим пищу Земли, нас моют, а затем мы ложимся спать. Когда я стану старым и разучусь считать и кататься на приспособлениях, скорее всего, меня убьют и отвезут на мясо бедным другим людям. Вот и вся моя жизнь.

Однажды после выступления к нам опять стали приводить других людей. Если честно, то иногда мне это даже нравилось. Они всегда были положительно настроены по отношению к нам. Было жутко, конечно, смотреть, как они, гладя и трогая нас, поглощают еду причудливой формы, которая сделана из старых людей, но со временем и к этому привыкаешь. Хотя многие из наших не осознавали, чьё это мясо, хотя это было очевидно. Иногда мне казалось, что я был умнее многих других старых людей.
Наши комнаты, где мы жили, находились за невысоким ограждением. Когда к нам приходили другие люди — от нас ничего не требовалось. Мы могли просто лежать и отдыхать, а могли к ним подходить и говорить с ними. Я не хотел ни с кем общаться. Поэтому просто снимал свою одежду для выступлений, клал её в специальный контейнер, который потом забирали другие люди, надевал свою длинную рубашку до пола, в которой мы все ходили вне сцены, и ложился на свою кровать. Лежал и смотрел в серый потолок. Всюду стояла тишина, старым людям уже не было положено говорить между собой, другие люди общались мыслями и изредка говорили что-то нам…
— Эй! — Прозвучал какой-то голос.
Я молчал и не придал этому никакого значения.
— Эй! — Голос повторился, звучал он совсем близко и довольно громко. Я поднял голову.
У моей комнаты стояли две молодые самки других людей. Их лица мне показались знакомыми… Я решил, что, скорее всего, видел их в первых рядах во время выступлений.
— Да? — Я ответил без страха, потому что если к тебе обращается другой человек, ты обязан ответить, и за это тебе ничего не будет.
— Подойди сюда! — На лицах этих двух самок было волнение. — Ну, скорей же!
Я встал и подошёл. Они пристально посмотрели на моё лицо. Потом переглянулись, их глаза округлились, как всегда округляются, когда другие люди говорят между собой.
— Урсум. — Сказала одна из них. В этот момент внутри меня что-то произошло. Как будто я уже слышал это слово.
— Урсум. — Повторил я.
— Урсум, ты помнишь нас? — Сказала другая самка, которая стояла рядом.
— Не знаю. — Робко ответил я.
В этот момент один из других людей, который следит за нами, прошёл мимо нас троих. Две самки посмотрели на него, округлили глаза, тот пошёл дальше, а потом они обратно повернулись ко мне.
— Урсум — так мы тебя называли. Ты жил у нас дома! Мы играли с тобой, помнишь?
В ту секунду внутри меня как будто поднялась какая-то буря, о которых нам рассказывали другие люди во время обучения, когда говорили, как устроена природа. Я испытал очень странные чувства, которых раньше никогда не испытывал. Внутри мне стало не по себе, и я не знал — это хорошие чувства или плохие.
— Я помню вас… Мне кажется, я помню вас.
Они резко повернули головы друг к другу и начали то и дело округлять глаза. А я не знал, что мне делать, и как совладать со своими чувствами.
— Урсум, у нас мало времени, — сказала одна из самок. — Ты понимаешь, о чём я говорю?
— Да, понимаю. У вас мало времени.
— Завтра ночью, когда закончится выступление, и все посетители уйдут — будь готов бежать.
— Куда бежать? — Внутри вдруг стало очень холодно.
— Ты всё поймёшь! Будь готов.
Я кивнул, и они, поймав на себе взгляд другого человека, смотрящего за нами, прошли в сторону остальных комнат со стеклянной дверью.

Обычно я засыпал сразу, иногда даже под любопытными взорами других людей. А сейчас не мог. Ничто никогда не занимало моих мыслей так, как разговор с двумя самками других людей. Наверное, в принципе, ничего никогда не занимало моих мыслей. «Будь готов бежать» — звучало в моей голове. Но куда бежать? И зачем? Отпрыски моего старого хозяина… Не уверен, что я их вспомнил, но внутри я однозначно что-то испытал. Оказывается, они были самками. Хотя тогда, давно, было совсем непонятно, кто они. Все отпрыски, когда рождаются, выглядят одинаково, только потом у них либо начинают выпирать части тела, либо нет. Но это уже всё не так важно… Зачем им я? Я не мог опять начать жить в их доме, я ведь уже весь покрыт волосами и вряд ли влезу в маленькую кровать в углу той комнаты, в которой я жил. Как они меня нашли? И зачем мне бежать? Как мы убежим? Как-то один из старых людей пытался сбежать из циркума, потому что его много били, так как он плохо себя вёл и почти ничего не запомнил после обучения, — закончилось это плохо. Его убили сразу же, как только обнаружили побег. Но я-то буду убегать не один, а с двумя самками других людей… Ждёт ли меня та же учесть? А вдруг их тоже убьют? Тогда это будет моей виной. Если старый человек убивает другого человека, то его в ответ убивают долго и мучительно, и это всё видят все-все, кто живёт на Земле. Не знаю, как, но как-то видит. И другим людям неважно, кто виноват. Очень часто другой человек просто издевается над старым человеком, но никто никогда не будет в этом разбираться. Думая обо всём, я опять ощутил странное чувство внутри себя. Я стал испытывать что-то плохое по отношению к другим людям.… И поэтому решил, что завтра убегу. Даже если меня за это убьют.

Представление окончилось. Я испытывал странные чувства весь день. Один раз я даже забыл о том, что не должен правильно решать уравнения, и решил всё верно. Другой человек, которой стоял рядом со мной, плохо посмотрел на меня, а потом, когда всё закончилось, ударил три раза палкой по моему телу. В один из ударов я понял, что не могу дышать, но потом это прошло. Раньше бы я воспринял это, как знак того, что я сделал всё неправильно, и в следующий раз я бы боялся повторить свои ошибки. Я не знаю, почему он использовал не силу мысли, а палку, но, наверное, именно поэтому внутри опять появились плохие чувства к другим людям, мне очень захотелось вырвать у него из рук палку и ударить в ответ. Но я подавил внутри это чувство, потому что знал, что убегу.
После того, как меня силой затолкали в свою комнату, потому что после ударов я сам идти не мог, прошло какое-то время. Потом я встал и сделал всё, как обычно: снял одежду для выступлений и надел рубашку для сна. Я лёг на кровать, поглядывая на то, что происходит за пределами наших комнат. Там никого не было. Только изредка другие люди, которые за нами наблюдали, проходили и смотрели на нас. Внутри меня, как будто что-то разорвалось…. Отпрыски моего старого хозяина не придут. Сегодня не тот день, когда другие люди ходят смотреть на нас. Мои глаза наполнились водой. Такое бывало и раньше, когда внутри что-то разрывалось. Я повернулся к стене и постарался уснуть…

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте, как обрабатываются ваши данные комментариев.